Неточные совпадения
Но наше
северное лето,
Карикатура южных зим,
Мелькнет и нет: известно это,
Хоть мы признаться не хотим.
Уж небо осенью дышало,
Уж реже солнышко блистало,
Короче становился день,
Лесов таинственная сень
С печальным шумом обнажалась,
Ложился на поля туман,
Гусей крикливых караван
Тянулся к югу: приближалась
Довольно скучная пора;
Стоял ноябрь уж у
двора.
Катюша с Марьей Павловной, обе в сапогах и полушубках, обвязанные платками, вышли на
двор из помещения этапа и направились к торговкам, которые, сидя за ветром у
северной стены палей, одна перед другой предлагали свои товары: свежий ситный, пирог, рыбу, лапшу, кашу, печенку, говядину, яйца, молоко; у одной был даже жареный поросенок.
Вообще, когда
двор покидал Петербург, то
северная столица обращалась в совершенную пустыню. Не видно было более карет, и улицы зарастали травою.
Однажды на
дворе стоял чудный зимний день, яркий и солнечный, какими редко дарит природа
Северную Пальмиру.
С
северной стороны все заслоняла крутая гора и подошвою своею оканчивалась у самого
двора.
Оттуда, скучая праздною неизвестностью, перешел ко
двору польского короля и неприятеля Карла XII, Августа [Август II Сильный — курфюрст саксонский и польский король (1697–1706 и 1709–1733), союзник Петра I в
Северной войне.
Он пренебрег этим насмешливым зовом, углубился в сад; но, забыв расположение его, ошибся дорогами, отбился к
северной стороне, воротился и опять пришел к дому. На
дворе была необыкновенная тревога. Не думая долго, побежал он прямо на восточную сторону, но тут заградил ему путь крутой овраг.
Карл XII попытался, но его до тех пор непобедимый меч сломился; Фридрих II захотел воспротивиться посягательствам петербургского
двора; Кёнигсберг и Берлин сделались добычею
северного врага.